Убить эмо (1-10)
 

10.

Если кто не догадался, я – эмо уже полтора года, хотя, если быть точной, – я такой родилась.
Мама поначалу дико радовалась. Наряжала меня как принцессу. Которой запрещалось играть на улице, чтоб не испачкаться. Сюсюкалась, носочки белые, туфли лаковые, локоны завивала, покупала такие пышные платья с кружавчиками. «Какой обаятельный открытый ребенок!»

А потом ребенок чуть не свихнулся, когда машина сбила любимую собаку. Щенка. Его Чарликом звали. Такой черный, лохматый, ноги короткие, а на глазах челка. Ей богу! Такая была обалденная челка, что глаз почти не видно.
Я долго ходила к нему на могилу с цветочками. Странное дело, мои друзья ходили со мной тоже. И все считали это несчастье страшным невосполнимым горем. И никому из родителей это не казалось странным.
Иногда мне кажется, что весь мир ополчился против меня.

Иногда это оказывается не так.
Но чаще он все таки – против.
Потом много чего случилось. Но главное, о чем стоит упомянуть, я заметила, что родители постоянно прикидываются. У них тогда отношения разладились. А они посчитали нужным скрытничать. Лицемерили до посинения. При мне скрипят зубами друг на друга, правда, по тихому. А на людях – как самые примерные супруги. Потом примирились. Теперь и не узнать, из за чего они тогда разосрались. Но на меня эти игры сильно повлияли. Тогда я впервые поняла, что тихий обман хуже громкой ссоры. Плохо, когда изображают чувства, которых нет.

А потом я узнала от Танго про эмо культуру. И сразу поняла – мое.
Некоторые считают, что быть эмо – значит быть узнаваемой. Когда то жил такой классный философ Диоген. Если бы он жил как все, то кто бы догадался, что этот обычный дядька не просто так погулять вышел. А так народ говорил: «Вот идет Диоген, который живет в бочке». А чтоб отпали последние сомнения в его неординарности, он повсюду таскался с горящим фонарем, искал человека.

стр. 13 из 15 пред. :: след.
Оглавление