Убить эмо (41-50)
 

– Кирилл, по моему, этот анекдот про тебя.
– Как сказать.
Недомолвки, закрученные по спирали мысли, полный бардак в его голове. Казалось, чего ему надо? Рождение обеспечило ему уровень жизни, доступный немногим. А он все пытается докопаться неведомо до чего. Быть может, смысл жизни ищет? Самое напрасное времяпровождение.

– А я один раз работала. Честное слово. Мы с девчонками машины мыли. Под присмотром моего папы. Он считает, что надо попробовать заработать свои деньги. Весело было. А ты хоть раз работал?
– Мои предки против. Хотя я и не пытался. Еще наработаюсь.

Кто бы сомневался! Наверняка его готовят к другому будущему. Про которое я могу пофантазировать, но увидеть – только в кино про богатеньких буратин.
– И самое важное – научись слушать и слышать, – Кирилл снова заводит свою шарманку.
Если бы он не был таким симпатичным, если бы я относилась к нему чуть хуже, я бы с легкостью послала его куда подальше с его нравоучениями. Если бы… Я просто не представляю, как я смогу без него жить. Просто волшебство какое то! Вот ничего такого в нем нет. Не красивее многих. И характер такой сложный.

Горе мне, горе…
– Ты снова не слушаешь, – упрек не по адресу.
– Я слушаю. А обвинять меня в невнимательности тупо!
– Тупо носиться как угорелая кошка и визжать про свою трагическую непонятость. А эти потрошеные мишки!
– Ага. Лучше? как моя мама, толстеть на килограмм в год и не видеть в жизни ничего интересного. Она – скучная.
– Твой отец так не считает. Наверное, когда они познакомились, она была веселая.
Я такого монстра вообразить не в состоянии. Веселая мама, это как сверхзвуковой бегемот. Обхохочешься.
– Она – эмоциональная калека. Она просто диктатор, придавленный другим диктатором. Ее сестрой. Которая директриса. Она всегда считала маму никчемной. И она теперь никчемной считает меня. А чего, спрашивается, я могла такого крутого сделать? В космос слетать?

стр. 17 из 23 пред. :: след.
Оглавление